·
·
Мир
Телефонный разговор Трампа и Нетаньяху сместил фокус на вывоз высокообогащенного урана из Ирана как условие прекращения войны.
Ключевым вопросом недавнего телефонного разговора между Дональдом Трампом и Биньямином Нетаньяху стала судьба иранского ядерного топлива. Беседа состоялась после того, как Трамп отверг ответ Тегерана на американское предложение, и на фоне ужесточения позиции Израиля, требующего не просто остановки обогащения, а полного вывоза накопленного урана и демонтажа ядерной инфраструктуры. Этот временной фактор придал разговору особый политический вес в координации между Вашингтоном и Тель-Авивом.
По данным издания Axios, Трамп охарактеризовал беседу с Нетаньяху как «очень хорошую». При этом он подчеркнул, что переговоры с Ираном находятся под его личным контролем, сигнализируя о желании сохранить окончательное политическое решение в Белом доме. Вес этому заявлению придали слова самого Нетаньяху в интервью CBS о том, что Трамп говорил о намерении войти в Иран для изъятия высокообогащенного урана.
Премьер-министр Израиля прямо увязал завершение войны с вывозом ядерных запасов и ликвидацией объектов по обогащению. Таким образом, разговор лидеров стал попыткой определить границы израильской роли в рамках американского курса, который Трамп намерен вести самостоятельно, но с учетом израильских условий в формулировке будущего урегулирования.
Американские дипломатические источники сообщили «Ирам Ньюз», что ключевой темой переговоров было сохранение требования о вывозе урана в центре любой будущей сделки. Одновременно обсуждалось недопущение ситуации, при которой координация с Израилем опередит принятие решения в Вашингтоне. Администрация США рассматривает судьбу ядерного арсенала как политическую и техническую проверку любого соглашения: прекращение войны без проверяемого шага в этом вопросе сделает сделку уязвимой перед Конгрессом, Израилем и союзниками.
Особую остроту ситуации придает тот факт, что в своем последнем докладе МАГАТЭ признало отсутствие достаточной информации о текущем объеме и местонахождении иранского обогащенного урана из-за невозможности доступа к объектам. Среди обсуждаемых в Белом доме вариантов — вывоз основной части запасов в третью страну под контролем агентства, передача на хранение вне прямого контроля Ирана, а также увязка любого смягчения санкций с быстрой верификацией, начинающейся с урана, а не с центрифуг.
Эти рамки приобрели срочность после западных оценок, согласно которым запасы остаются вне прямого мониторинга инспекторов. Высокообогащенный уран дает Ирану переговорное преимущество, выходящее за рамки самих объектов обогащения: его перемещение или изоляция немедленно меняет баланс сил, тогда как простые обещания контроля оставляют пространство для маневра. Поэтому Белый дом нацелен на первый шаг, который напрямую затронет запасы и даст посредникам четкую основу для дальнейших действий.
По данным источников, Вашингтон намерен использовать израильское требование для давления на Тегеран, сохраняя при этом решение об эскалации за Белым домом из-за чувствительности судоходства в Ормузском проливе и цен на нефть. В ближайшие дни ожидается усиление переговорного давления через посредников при сохранении военной угрозы на случай попыток Ирана переместить или спрятать материалы.
Отмечается, что роль МАГАТЭ выйдет на первый план в любом скором понимании, поскольку Белому дому нужно техническое прикрытие, которое сделает соглашение защищаемым перед Конгрессом и союзниками. Это позволит перевести разговоры о запасах из политических обещаний в отслеживаемые процедуры. Администрация рассматривает позицию Нетаньяху как рычаг давления на Тегеран, но стремится удержать решение об эскалации в Вашингтоне, склоняясь к тому, чтобы подтолкнуть Иран к практическому шагу под угрозой, оставляя военные действия как ответ на любую попытку вывоза или сокрытия материалов.
Таким образом, разговор Трампа и Нетаньяху превратился в часть более жесткого американского управления иранским досье. Оно начинается с ядерного арсенала и увязывает путь к деэскалации с быстро проверяемым шагом. Вашингтон хочет использовать требование о вывозе урана для получения четкой уступки от Тегерана, оставляя решение об эскалации в руках Белого дома, в то время как Израиль добивается, чтобы высокообогащенный уран стал главным пунктом любой договоренности. Под давлением посредников, с учетом чувствительности Ормуза и цен на нефть, кризис вступает в узкую фазу, исход которой определит способность Вашингтона превратить отклонение иранского ответа в практический шаг, затрагивающий сами ядерные материалы, до того как прекращение войны станет свершившимся фактом.
