Поколение Z и Brexit: взгляд на возможное возвращение Британии в ЕС

В Великобритании вновь активизировались дискуссии о возможном пересмотре решения о выходе из Европейского союза, принятое десять лет назад. Недавний опрос, проведённый исследовательским центром More in Common, выявил, что 60% представителей поколения Z, в возрасте от 18 до 28 лет, проголосовали бы за возвращение страны в ЕС, если бы им была предоставлена такая возможность. Лишь 9% респондентов выступили против.

При учёте тех, кто, скорее всего, примет участие в будущем референдуме, поддержка возвращения в ЕС возрастает до 81%, а противников остаётся 19%. При этом половина опрошенных считает Brexit провалом, тогда как лишь 16% оценивают его как успех. Треть респондентов пока не определилась с позицией.

Анализ причин неудачи Brexit показывает, что 37% считают, что выход из ЕС мог бы быть успешным при лучшем управлении политиками, 29% уверены, что проект был обречён с самого начала, а сторонников успешности Brexit всего 11%. Эти данные публикует газета The Guardian.

Изменения в демографическом составе избирателей, произошедшие с момента референдума 2016 года, когда за выход из ЕС проголосовали 51,9%, а за сохранение членства — 48,1%, стали предметом обсуждения. Смерть многих пожилых избирателей, поддержавших Brexit, и вступление в электорат молодых сторонников Европы, возможно, изменили расстановку сил, что открывает новые перспективы для обсуждения будущих отношений между Британией и ЕС.

Опрос также показал, что 62% молодых британцев поддерживают проведение нового референдума о возвращении в ЕС в течение ближайших пяти лет, 11% выступают против, а 27% остаются в нерешительности.

Взгляд журналистов на последствия Brexit

В дискуссии, опубликованной в The Guardian, три известных журналиста — Адитья Чакраборти, Поли Туинби и Саймон Дженкинс — вернулись к моменту референдума и его последствиям. Они обсудили, оправдались ли опасения противников выхода и приближается ли Великобритания к Европе.

Чакраборти описал период голосования как время гнева и раскола, отметив разрыв между маргинализированными регионами и политическими и медийными элитами, говорившими на языке цифр. Он подчеркнул, что одним из самых опасных последствий стало резкое усиление ксенофобской риторики после объявления результатов. В качестве примера он привёл случай, когда знакомый услышал на улице угрозу поджога мечети.

Туинби, находившаяся в день референдума в колл-центре Лейбористской партии, отметила, что звонки отражали широкий гнев по поводу миграции и желание вернуть контроль над страной от ЕС.

Дженкинс признался, что изначально сомневался в европейском проекте, но изменил мнение, убедившись, что альтернатива членству будет хуже. Он рассказал, что европейские учёные и журналисты в Германии в день референдума выражали опасения, что выход Британии дестабилизирует Европу.

Все трое сошлись во мнении, что у сторонников выхода не было чёткой стратегии реализации Brexit. Чакраборти указал на ключевых фигур — Бориса Джонсона, Майкла Гоува и Найджела Фаража — которые продвигали выход без практического плана. Дженкинс подчеркнул, что раскол касался не только выхода, но и характера будущих отношений с ЕС.

Туинби возложила часть ответственности на бывшего лидера Лейбористской партии Джереми Корбина, отказавшегося поддержать компромиссное решение, которое могло бы привести к более гибкому Brexit.

Перспективы и политические вызовы

Оценивая прошедшее десятилетие, Дженкинс отметил, что общественные дебаты стали менее эмоциональными и более сфокусированными на практических вопросах, таких как торговля, обмен студентами и регуляторные ограничения. Однако Чакраборти отверг такую оценку, подчеркнув, что одним из самых серьёзных последствий Brexit стало нормирование жёсткой риторики по вопросам миграции и национальной идентичности, ранее считавшейся экстремальной.

Относительно будущего мнения разделились: некоторые выступают за постепенное восстановление сотрудничества с Европой через отдельные соглашения, другие — за официальное возвращение в ЕС. Чакраборти настаивает на необходимости чёткого демократического мандата для любых изменений, а Дженкинс призывает к общественному обсуждению, основанному на фактах и экономических данных. Туинби считает, что предупреждения противников Brexit оказались оправданными, а выход из ЕС был не только экономической, но и политической и эмоциональной ошибкой.

Она подытожила, что Великобритания начала переосмысливать этот опыт и искать новую формулу отношений с Европой.

Влияние смены руководства на переговоры с ЕС

В связи с уходом с поста премьер-министра Кира Стармера, вопрос пересмотра отношений с ЕС становится одной из приоритетных задач для нового руководства. По информации газеты The Times, будущий лидер и мэр Большого Манчестера Энди Борнэм столкнётся с необходимостью определить позицию по переговорам с Брюсселем, включая соглашение о мобильности молодёжи между Великобританией и ЕС.

Ожидается, что Борнэм будет осторожен в этом вопросе и первоначально сохранит жёсткие позиции, установленные его предшественником. Однако возможные требования ЕС о компромиссах могут создать для него серьёзные политические испытания на фоне растущих внутри страны, особенно среди молодёжи, призывов к пересмотру отношений с Европой спустя десять лет после Brexit.