Халиль аль-Хия возглавил ХАМАС на фоне региональных и внутренних вызовов

Движение ХАМАС завершило самый продолжительный этап выборов руководителя своего политического бюро, проходивший на фоне сложной международной, региональной и внутренней ситуации после событий 7 октября 2023 года.

В понедельник было объявлено о назначении Халиля аль-Хии главой политбюро ХАМАС, сменившего Яхью ас-Синвара, который был убит Израилем в октябре 2024 года. Ас-Синвар занимал эту должность около двух месяцев после убийства Исмаила Хании в Тегеране в июле того же года. Хания был избран главой политбюро в 2021 году на срок до конца 2026 года.

Халиль аль-Хия продолжит полномочия ас-Синвара в текущем избирательном цикле. Планируется проведение новых выборов примерно через год для избрания полного состава политбюро и нового руководителя, однако проведение голосования зависит от сложных и секретных условий.

В выборах аль-Хия одержал победу над своим соперником Халедом Машалем, который ранее возглавлял политбюро и оставался лидером ХАМАС за рубежом.

Политический аналитик Омар Двас отмечает, что несмотря на распространённое мнение о том, что Машаль и аль-Хия представляют противоположные политические линии — «умеренную» и «жёсткую» соответственно, это упрощённая интерпретация, не отражающая реальных различий между ними.

По словам Дваса, оба лидера принадлежат к одному политическому и идеологическому проекту и поддерживали военные опции движения. Различие заключается в приоритетах: Машаль склонен подчинять оружие политике, тогда как аль-Хия, напротив, подчиняет политику логике оружия и его результатам.

Двас также указывает, что источники влияния у них разные: Машаль выстраивал свою власть через широкую сеть внешних связей, в то время как аль-Хия укрепил позиции благодаря близости к центру принятия решений в Газе и участию в вопросах войны, переговоров и пленных в последние годы.

Аль-Хия возглавлял делегации ХАМАС на переговорах по прекращению огня в секторе Газа и был заместителем Яхьи ас-Синвара, который до последней войны возглавлял движение в секторе.

Выбор аль-Хии отражает не просто организационную смену в руководстве одного поколения, а победу определённой политической линии внутри ХАМАС, определяющей курс движения в одном из самых опасных этапов его истории.

Двас описывает Машаля как образец руководства из-за рубежа, сформировавшегося в Кувейте, Иордании, Сирии и Катаре, обладающего опытом управления региональными отношениями и стремящегося показать ХАМАС как политическое движение, а не только закрытую военную структуру.

Во время руководства Машаля (1997–2017) движение проявляло гибкость, участвовало в палестинских выборах, предлагало долгосрочные перемирия и в 2017 году выпустило документ, признающий палестинское государство в границах 1967 года, пытаясь снизить политическую изоляцию.

В противоположность этому, аль-Хия тесно связан с линией, которую возглавлял ас-Синвар в Газе, где политические решения тесно связаны с полем боя, а легитимность руководства определяется прежде всего проектом сопротивления и управлением конфликтом, а не интеграцией в палестинскую политическую систему или созданием широкой региональной сети.

По мнению Дваса, Машаль руководил ХАМАС в период, когда движение стремилось конкурировать с ФАТХ за представительство палестинцев и получить более широкое политическое признание внутри палестинской и региональной систем.

В то время как аль-Хия возглавляет движение в совершенно иной фазе, когда вопрос уже не в том, как войти в политическую систему, а как сохранить существование после войны и беспрецедентных разрушений в секторе Газа, а также значительных потерь в руководстве и военной структуре.

Выбор аль-Хии имеет политическое значение, выходящее за рамки смены лиц, свидетельствуя о том, что движение не склоняется к переоценке опыта, а возвращает руководство политбюро одному из ключевых участников управления войной и переговоров о её итогах.

Двас заключает, что ХАМАС предпочёл сохранить свою руководящую структуру и политический нарратив, а не пересматривать путь, приведший сектор Газа к одной из самых трагичных страниц в современной истории.

Политический аналитик Тамара Хаддад отмечает, что победа аль-Хии отражает линию в ХАМАС, ориентированную на сохранение связей с так называемым «оси сопротивления», возглавляемой Ираном, что может быть использовано Израилем для возобновления войны в Газе.

По её словам, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху намерен использовать избрание аль-Хии для утверждения, что ХАМАС остаётся частью иранской угрозы, что может стать поводом для возобновления конфликта в Газе как части противостояния с Ираном.

Хаддад подчёркивает, что ХАМАС продолжает тесно связывать свою деятельность с результатами операции 7 октября, что отражается в выборах и в том, что политическое и военное руководство остаётся в секторе Газа, представленном аль-Хией, в отличие от положения с Машалем.

Она также указывает, что Израиль может использовать образ ХАМАС как части иранской оси для ускорения военных операций, изменяющих облик сектора Газа, включая реализацию проекта «гуманитарной зоны» в городе Рафа и переселение туда палестинцев.

Израильская газета «Йедиот Ахронот» сообщает, что избрание аль-Хии, по крайней мере на данном этапе, закрывает возможность кардинальных изменений в позициях ХАМАС по переговорам и будущему сектора Газа.

Издание отмечает, что военное крыло ХАМАС в Газе отвергает возвращение Машаля к руководству из-за напряжённых отношений с Тегераном, обусловленных сирийским кризисом.

По мнению газеты, выбор аль-Хии направлен на обеспечение продолжения финансовой и военной поддержки движения, поскольку военное крыло не готово рисковать лидером с напряжёнными отношениями с Ираном.

В то же время, газета подчёркивает, что вопрос будущей поддержки со стороны Ирана остаётся неопределённым на фоне региональной эскалации и неясности относительно возможного соглашения между Вашингтоном и Тегераном, которое может включать условие прекращения поддержки иранских прокси, включая ХАМАС.

Отмечается, что аль-Хия, происходящий из сектора Газа, будет работать над сохранением центральной роли региона в стратегии ХАМАС и развитием контроля над ним, либо по крайней мере над восстановлением военного крыла организации.