Наваф Салам: Израильский вывод возможен только через ливанское государство

Премьер-министр Ливана Наваф Салам заявил, что отказ Ирана от соглашения о прекращении огня с Израилем не является случайным, а служит подтверждением того, что реальное решение в Ливане по-прежнему принадлежит исключительно Тегерану.

В интервью британской газете «The Times» Салам отметил: «Причина, по которой Иран отверг соглашение о прекращении огня, ясна — Тегеран хотел показать всему миру, что Ливан для него лишь инструмент, и именно он принимает решения от имени Ливана, обладая исключительным правом окончательного решения».

Он подчеркнул, что отказ Ирана, который последовал до официального заявления «Хезболлы» по этому вопросу, явно демонстрирует глубокое влияние Ирана на эту организацию и полную зависимость партии от Тегерана.

Салам добавил: «Если этот отказ что-то и показывает, то это огромный масштаб контроля, который осуществляет Корпус стражей исламской революции не только над военными и силовыми структурами „Хезболлы“, но и над процессом принятия решений внутри самой партии».

Премьер также охарактеризовал отношения между «Хезболлой» и Ираном в две разные эпохи, отметив, что «в период руководства покойного генерального секретаря Хасана Насраллы ситуация была совершенно иной». Он пояснил: «Насралла в значительной степени был неотъемлемой частью процесса принятия решений и обладал относительной самостоятельностью и влиянием».

По мнению Салама, сегодня Иран осуществляет непосредственное и решающее влияние на «Хезболлу» в беспрецедентном масштабе. Он подчеркнул: «Безусловно, единственным субъектом, способным мобилизовать ресурсы для восстановления разрушенного войной, является исключительно ливанское государство. Восстановление возможно лишь через государственные институты, так же как и вывод Израиля с оккупированных территорий может быть достигнут только посредством переговоров, проводимых ливанским государством».

Отвечая на вопрос о перспективах Ливана в условиях продолжающегося конфликта и вызовов, Салам выразил осторожный оптимизм: «Я вовсе не пессимист, скорее, могу сказать, что настроен оптимистично, но не наивно. Я искренне верю, что у этой страны есть огромный потенциал, и у нас нет другого выбора, кроме как идти по пути серьезных реформ. Если мы действительно хотим вернуть государство на ноги, другого пути у нас нет».