Лор Феррари: французский голос британских правых

В одном из частных лондонских клубов, где строгий дресс-код обязателен, лидер французского «Национального объединения» Жордан Барделла внимательно слушал свою переводчицу. Это была его первая встреча с британским политиком Найджелом Фаражем, и, несмотря на интенсивные уроки английского, он не хотел ошибиться перед человеком, который, по общему мнению, лично осуществил Brexit.

За переводом стояла не просто лингвист. Лор Феррари, 46 лет, родом из Эпиналя, — спутница жизни Фаража, его политический советник и, по данным газеты Le Monde, центральная фигура, формирующая облик правого популизма в Европе и за Атлантикой. В Париже её имя почти неизвестно.

От официантки до политического стратега

В 2007 году Феррари работала официанткой в страсбургском ресторане, куда регулярно заходили Фараж и его друг Годфри Блум, депутаты Европарламента. Они разговорились с ней: Феррари переживала финансовый крах из-за неудачного бизнеса по дизайну одежды. Не окончив учебу по английской литературе, она свободно владела языком и интересовалась политикой — ещё в 2005 году проголосовала «против» на референдуме по Европейской конституции.

Через несколько месяцев Фараж нанял её парламентским помощником. Долгие годы она придерживалась этой версии, но позже изменила показания, заявив, что на самом деле работала с Блумом. Сам Блум дипломатично заметил Le Monde: «У неё было острое чувство юмора, а это очень важно для англичан». И добавил с улыбкой: «Она привлекала мужчин определённого возраста».

Феррари быстро продвинулась по службе, став главой по связям с общественностью британской делегации в Европарламенте. Эта делегация объединяла правые и популистские партии Европы: итальянскую «Лигу Севера», немецкую «Альтернативу для Германии», бельгийский «Фламандский интерес». Во Франции партнёром была партия Николя Дюпон-Эньяна «Вставай, Франция». Феррари выступала посредником.

В то время Фараж предпочитал появляться с Дюпон-Эньяном, а не с «Национальным фронтом» Марин Ле Пен, считая, что «антисемитизм укоренён в её партии». Ле Пен отреагировала на пресс-конференции с сарказмом: «Может, потому что наши помощницы не такие красивые, как у Николя Дюпон-Эньяна?» — явно намекая на Феррари.

Их отношения не были секретом в Страсбурге, но Фараж тогда ещё был женат на своей немецкой переводчице Кирстен Мер и имел четверых детей. Британские таблоиды воспользовались моментом: в начале 2017 года Daily Mail засняла Феррари, выносящую мусор в пижаме перед квартирой Фаража в Лондоне, окрестив её «очаровательной французской официанткой». Фараж путался в объяснениях и позже развёлся с женой.

Три ключевых решения

Сама Феррари с гордостью заявляет Le Monde, что стоит за «тремя вещами, которые Найджел сделал в жизни, и я подтолкнула его к этому». Вот они:

• Выход из UKIP в 2018 году. «Я больше не могла терпеть эту партию, даже её цвета — жёлтый и фиолетовый. Я сказала Найджелу, что он лучше этого после Brexit».
• Участие в реалити-шоу «Я знаменитость, вытащите меня отсюда» в австралийских джунглях в 2023 году. Феррари объясняет: «Были две группы населения, с которыми Найджелу было трудно: женщины и молодёжь. Цель была показать, что он не злой расист, женоненавистник и гомофоб, как его рисуют газеты». Шоу собирало в среднем 9 миллионов зрителей. Феррари прилетела в Австралию встретить его после выхода из джунглей: «Это был шанс сказать: мы вместе, и нам всё равно, что вы думаете».
• Участие во всеобщих выборах в Великобритании в июле 2024 года. «Его идеи распространялись, особенно по миграции. Назовём вещи своими именами: на него был спрос везде, куда бы он ни поехал». Фараж победил с 46,2% голосов.

Американские связи и загадочное наследство

Le Monde раскрывает более широкий контекст: в 2018 году бывший главный стратег Дональда Трампа Стив Бэннон хотел объединить европейские ультраправые партии. Он встретился с Фаражем, Феррари и бельгийцем Мишелем Модрикейменом за ланчем в Лондоне. Бэннон обещал финансирование от богатых доноров, но обещания не сбылись. Тем не менее, Феррари помогла организовать первую историческую встречу Трампа и Фаража в 2016 году через свои связи в Республиканской партии.

В биографии Феррари есть и тёмное пятно: она заплатила 885 тысяч фунтов стерлингов за дом с четырьмя спальнями и подогреваемым бассейном в Фринтон-он-Си. Фараж сначала утверждал, что покупателем был он, но отступил после расследования The Guardian. «Она из богатой французской семьи и может себе это позволить», — заявил он.

Однако расследование BBC в сентябре 2025 года поставило это под сомнение: её отец — пенсионер, владевший транспортной компанией, закрывшейся с убытками, и квартирой в пригороде Страсбурга стоимостью не более 300 тысяч евро. На прямой вопрос Le Monde Феррари ответила уклончиво: «И да, и нет. Это будет очень большое наследство... Есть много способов заплатить за дом. Я не могу сказать, сколько дала мне бабушка, это моё дело. Важно, что я заплатила все налоги, уклонения нет, и дом записан на меня».

На вопрос, представляет ли она себя входящей в резиденцию премьер-министра на Даунинг-стрит, 10, Феррари ответила осторожно: «Многое может случиться до выборов», добавив, что «была бы рада», если бы это произошло.