США меняют баланс сил на Ближнем Востоке после соглашения между Ливаном и Израилем

Предварительное соглашение, достигнутое между Израилем и Ливаном при посредничестве США, выходит за рамки простых мер безопасности или израильского вывода войск с юга Ливана. С израильской точки зрения, оно формирует новую политико-военную конфигурацию, основанную на взаимном признании суверенитета, отделении ливанской территории от иранского влияния и связывает израильский вывод войск с разоружением «Хезболлы». Вместе с тем, успех соглашения будет зависеть от способности преодолеть неудачи предыдущих попыток, завершившихся провалом.

Израильская газета «Йедиот Ахронот» в статье Рона бен Йешая выделяет, что ключевая значимость соглашения заключается не в еще не обнародованных деталях его реализации, а в закрепляемых принципах. В первую очередь, это взаимное признание суверенитета Ливана и Израиля, рассматриваемое как первый шаг к окончанию состояния войны, несмотря на отсутствие полноценного мирного договора или нормализации отношений.

Автор подчеркивает, что данное соглашение приобретает особую важность на фоне иранских усилий, по его мнению, по восстановлению влияния «Хезболлы» в Ливане и возвращению страны в сферу иранского контроля. Соглашение, по его оценке, посылает противоположный сигнал.

Одним из ключевых положений соглашения является условие израильского вывода войск с юга Ливана, которое связано с недопущением возвращения «Хезболлы» в этот регион и ее разоружением как тяжелым, так и легким оружием. Это означает, что вывод войск не будет автоматическим, а будет зависеть от постоянной оценки ситуации на месте.

В статье отмечается, что Израиль получает основание сохранять контроль над текущей зоной безопасности в случае невыполнения мер по разоружению. Кроме того, процесс вывода войск будет зависеть от действий ливанской армии и американского механизма, ответственного за контроль за выполнением соглашения и соблюдением его положений.

Автор предполагает, что данный механизм может стать образцом для будущего применения в других регионах, таких как сектор Газа или, возможно, Сирия.

Соглашение несет политический посыл, выходящий за рамки ливанского вопроса. По мнению автора, оно адресовано напрямую Ирану и указывает, что будущее Ливана будет определяться между Бейрутом и Израилем под американским патронажем, а не через иранское вмешательство.

Это направление противоречит стремлениям Ирана удержать Ливан и «Хезболлу» в зоне своего влияния, а также закрепляет четкое разделение ливанского пути и других региональных переговоров.

Автор обращает внимание на финансовый пакет, объявленный США для поддержки реализации соглашения, который составляет 130 миллионов долларов, из которых 100 миллионов предназначены на гуманитарную помощь и 30 миллионов — на военную поддержку.

Он отмечает, что эти средства предоставляют ливанскому правительству экономический стимул наряду с политическими и безопасностными выгодами, особенно учитывая острую необходимость восстановления пострадавших районов, что может повысить вероятность соблюдения условий соглашения.

Несмотря на положительную оценку основных принципов соглашения, автор предостерегает от излишнего оптимизма, напоминая о неудачном опыте соглашения 1983 года между Ливаном и Израилем, которое не было утверждено ни ливанскими, ни израильскими институтами и так и не было реализовано.

Также он вспоминает о провале исполнения резолюции Совета Безопасности ООН №1701, завершившей Вторую ливанскую войну, которая, по его словам, осталась лишь «бумагой», не достигнув поставленных целей на практике.

В заключение автор отмечает, что нынешнее соглашение может стать новым этапом благодаря прямому американскому участию в его кураторстве, однако его реальная ценность будет измеряться не текстом или принципами, а способностью ливанского и израильского правительств воплотить договоренности в практику.

Он подчеркивает, что предыдущий опыт требует осторожного подхода к соглашению и снижения ожиданий до тех пор, пока не станут ясны результаты его выполнения на местах, поскольку истинным испытанием станет не подписание, а соблюдение достигнутых договоренностей.